В 1985 году Джобса сместили со всех постов и лишили возможности влиять на происходящее в компании. Наивно полагая, что эмоционально неуравновешенный Стив, сжигаемый замыслами и “видениями”, тихо и незаметно сидя в необитаемом офисе, поразмышляет над превратностями судьбы и встанет на путь исправления.

Но он знал, абсолютно точно и непререкаемо, что прав именно он, и только он. Он всего лишь не мог сказать об этом так, чтобы его услышали. Ему и в голову не приходило, что кто-то может оспаривать очевидное... или иметь другие точки зрения. Сталкиваясь с непониманием, он впадал в ярость, которая - плохой советчик.

Единственным возможным исходом был бунт. Бунт принял форму, видимо, самой идиотской попытки дворцового переворота за всю историю человечества. С самого начала этот переворот не имел ни малейших шансов на успех.

Джобс ушел - и только тогда многие из тех, с кем он проработал долгие непростые годы, неожиданно для самих себя, обнаружили, чем Джобс, со всем его упрямством и диктаторскими замашками, был для этой компании. Он был не только одним из ее учредителей - он был сердцем Apple Computer.

И самой компании без него, скорее всего, просто не было бы, и компьютерный мир был бы другим. Мир мог бы быть еще более другим - если бы турбореактивный Джобс научился слышать не только самого себя. Его обвиняли в том, что, оторвавшись от реальности, он увлекся “завиральными” проектами, и что его действия наносили компании вред.

Между тем, именно то, что в 1985 году предлагал Джобс, именно то, что казалось абсолютной фантастикой, буквально через несколько лет превратилось в самые бурно развивающиеся и прибыльные направления индустрии. Время показало, что он был скорее... прав, и реализация его замыслов стоила жертв.

Но даже потеряв сердце, Apple Computer оставалась одной из самых необычных и поразительных компаний в мире. И, как ни странно, утратив одно, компания обрела другое. По сути дела, именно это трагическое недоразумение спасло платформу Макинтош от безвременной и бесславной кончины...

Мак имел все шансы стать первой жертвой “фантастической реальности”.

1. Реформы

Сказать, что Apple Computer в конце 1985 года нуждалась в переменах - ничего не сказать. Не могу понять, что мешало Скалли навести порядок ДО изгнания Джобса. Стихийно сложившаяся структура не отвечала даже самым толерантным и либеральным требованиям. Это было очевидно.

Компании, как цельного управляемого организма, просто не было.
Были отделения Apple II, Apple III, Lisa и Macintosh, абсолютно автономные и независимые друг от друга. Каждое из них занималось разработкой, продвижением и производством своего детища. Между собой они ожесточенно дрались за внимание, ресурсы и финансирование.

Деятельность подразделений не поддавалась координации. Маркетинговые отделы отделений, сплошь и рядом, переходили дорогу друг другу, в борьбе за тот или иной сегмент рынка. Во время публичных мероприятий отделения откровенно и самозабвенно конкурировали друг с другом, не гнушаясь “черным пиаром”.

К 1985, в структуре компании уже произошли некоторые изменения. Отделение Lisa слили с отделением Macintosh. Слияние проходило болезненно и непросто.

Новую структуру, занимавшуюся разработкой 32-битных компьютерных систем, назвали SuperMicro. На фоне преимущественно 8-битной индустрии, переходившей на 16-битные архитектуры, 32-битность заслуживала эпитета “Super”.

Этим отделением руководил Джобс. Именно здесь рождались его потрясающие и перспективные замыслы. И, естественно, именно это отделение финансировалось с особой щедростью. Остальные, в том числе и самое доходное в середине 80-х отделение Apple II, финансировались по остаточному принципу.

В результате реформ Скалли, компания оказалась разделена на несколько отделений по функциональному признаку. Одно отделение занималось разработками новых устройств и программного обеспечения к ним, другое - маркетингом и продвижением этих устройств. Эти отделения плотно сотрудничали друг с другом. Сбытом и производством занимались два других отделения.

Кроме того, Скалли ввел новую “генеральскую” должность, которая называлась Chief Organization Officer (COO). То есть, “первый заместитель главы компании по орг-вопросам”. Генеральный секретарь.

Де факто, держатель этой должности становился вторым человеком в компании, так как все ее сотрудники, кроме самого Скалли, считались его подчиненными. На эту должность был назначен Дэл Йоком, до реорганизации отвечавший за производство компьютеров в отделении Apple II.

Дэл Йоком прославился тем, что смог запустить и наладить производство Apple II, несмотря на “корпоративную специфику” новорожденной компании (энтузиазм, анархия и безотвественность). Теперь с “зеленой расчерченной тетрадкой” Йокома познакомились руководители среднего и высшего звена всей компании. В эту тетрадку Йоком заносил планы и сроки их исполнения - и непременно вызывал к себе на ковер нарушителей обещаний.

И карал. Вплоть до “высшей меры” корпоративной защиты. То есть, вплоть до увольнения виновных, или до представления президенту компании на увольнение менеджеров самого высокого звена.

Авторитет Дэла Йокома был непререкаем, и в компании был наведен четкий порядок. Но в компании Дэла Йокома не любили, что неудивительно. Забегая вперед, первым топ-менеджером компании, уволенным из нее после Джобса, был сам Йоком. Ирония судьбы?

Новым, коллективным, сердцем компании стали Жан Луи Гассе и Микаэль Шпиндлер, выходцы из европейского филиала Apple, яркие и нестандартные люди, и сам Джон Скалли, к которому можно относиться по разному, но не признать его незаурядность невозможно.

Гассе и Шпиндлер были настолько яркими и нестандартными, что оказались единственными людьми в компании, сумевшими отстоять свою независимость от Дэла Йокома, несмотря на энергичнейшие усилия последнего - чем очень гордились.

Искусственное сердце работало без сбоев, едва ли не лучше настоящего. Во всяком случае, так казалось в первые годы.

2. "Макинтош Плюс"

При всем моем огромном уважении к Стиву Джобсу и Джефу Раскину, стоявшим у истоков платформы Макинтош, по-настоящему Мак появился именно 16 января 1986 года. В этот день публике была представлена третья модель Мака, Macintosh Plus. 16 января стоит сделать международным праздником (днем платформы Макинтош).

Это был первый Мак, который стал популярным по настоящему. Первый Мак, разработанный под руководством Жана Луи Гассе.

"Плюс" выпускался (почти без изменений - лишь в 1987 был изменен цвет корпуса) с 16 января 1986 года до 15 октября 1990, почти пять лет - дольше, чем какая-либо другая модель Мака за всю историю Apple.

Внешне это был все тот же компактный Мак, все того же “бежевого” цвета, все с тем же крохотным 9-дюймовым черно-белым экраном, с единственно возможным разрешением в 512 на 340 “квадратных” точек, все с тем же мотороловским 32-битным процессором 68000, с тактовой частотой 8 МГц (на самом деле, даже чуть меньше - 7.8336 МГц).

В остальном это был совершенно другой Мак. Джобс страстно возражал против того, чтобы пользователи “ковырялись среди микросхем”, поэтому конфигурация первых моделей Мака была неизменяемой.

А вот Гассе считал расширяемость важным достоинством, и одной из причин успеха Apple II. В конфигурации “по умолчанию”, в каждый из четырех банков оперативной памяти устанавливалось по одному чипу емкостью в 256К. Целый Мегабайт оперативной памяти - по тем временам, это уже было здорово.

Примерно в это время, один известный деятель компьютерной индустрии заявил, что персональному компьютеру никогда не потребуется больше, чем 640К оперативной памяти... Может быть, именно поэтому на задней панели корпуса Macintosh Plus, и на его коробке, гордо и ярко, было написано “Macintosh Plus 1Mb”.

Но это было еще не все: чипы по 256К можно было заменить на Мегабайтные, доведя оперативную память до 4 М. Наступала эра жестких дисков - и хотя в корпусе Macintosh Plus не было предусмотрено место для диска, он был вполне дееспособен, благодаря шине SCSI (читается как “скази”). В январе 1986 года, стандарт SCSI еще не был окончательно разработан, из-за чего "плюсовская" шина несовместима с некоторыми SCSI-устройствами. Шина SCSI поддерживает подключение до 8 различных устройств (в дальнейшем появились варианты SCSI, поддерживавшие большее число устройств.

Одним из устройств был контроллер самого компьютера. Остальные 7 “посадочных мест” можно было использовать для подключения самой разной периферии, такой как жесткие диски, сканнеры, стримеры, электронные микроскопы и масс-спектрографы. Стандарт SCSI существенно упрощал подключение периферии к компьютеру.

От современных ему компьютеров, Маки отличала еще одна особенность. В ПЗУ (постоянное запоминающее устройство) были зашиты (в предельно сжатой форме) прикладные и системные библиотеки. Благодаря этому, прикладные программы получались компактнее, их пользовательский интерфейс был унифицированным,в полном соответствии с требованиями науки об интерфейсах.

В Маках 1986 года, Macintosh Plus и Macintosh 512Ke, ПЗУ было обновлено и расширено с 64К до 128К. Чтобы детально описать новшества и изменения, Apple пришлось выпустить специальный, четвертый, том Inside Macintosh. Иерархическая файловая система, встроенная поддержка SCSI, новые интерфейсные элементы (списки), и много чего еще.

Библиотеки в ПЗУ? А как же исправлять неизбежные в программистском деле ошибки? Увы. Зашитый в ПЗУ код не подлежал исправлению. Зато его можно было “обойти” программными средствами. Но это уже другая история.

3. Искушение Маком

В конце 80-х в многочисленных конторах нашей страны (тогда их еще никто не называл “офисами”) стали появляться персональные компьютеры. В основном, это были “писишки”. А также Роботроны, Искры, Правцы и т.п. И - Маки. Немного. Их никогда не было слишком много. И именно с Маками всегда и везде случалась одна и та же история.

Я лично видел, что и как делали одиноко стоящие Маки (в 1987 это обычно был Macintosh Plus) в конторах. Рядом с каждым из них, обычно, стояла хотя бы одна “писишка”, как правило, с выключенным монитором. Их время наступало вечером, когда непосредственное начальство уходило домой.

Взрослые солидные люди звонили женам, ссылались на загруженность срочной работой из-за которой им придется задержаться - и резались в Leisure Suit Larry, или бомбили Ливию... до поздней ночи.

Маки же были расписаны между различными подразделениями, и использовались с утра до позднего вечера, для составления различных документов, таблиц, схем и диаграмм.

Около каждого Мака, обычно над компьютером, висело расписание. Компьютерное время, расписанное по дням недели и минутам, ценилось дорого. Иногда его использовали как своеобразную внутреннюю валюту (другой такой валютой был этиловый спирт).

Причины? Самые простые: курс молодого бойца на Маке занимал несколько минут. Уже через полчаса-час, даже замученные бытом и канцелярской работой женщины средних лет, самый труднообучаемый контингент, запросто делали свое дело. Что же говорить про остальных?

Судьба “неудачной Лизы” в офисах американских компаний была похожей, как две капли воды. Лизы стоили неподъемно дорого. Не каждая компания могла позволить себе хоть одну Лизу - но там, где они были, их время было точно также расписано между подразделениями, и строго соблюдалось.

В СССР не было рынка персональных компьютеров. Про 32-битные компьютеры, поставка которых в страны с недружественным правительству США режимом была просто запрещена, и говорить нечего. Маки попадали в нашу страну откровенно левыми, неисповедимыми, путями.

Лицам, занимавшимся закупкой вычислительной техники за границей, было почти все равно, что и по каким ценам ввозить. Главным во всем этом процессе была возможность прогуляться по запретным для советского гражданина заграницам.

Технические параметры закупаемой техники интересовали их в самую последнюю очередь. Не знаю, были ли случаи откровенного сговора и отката - но видимо, исключить такую возможность нельзя.

И тем не менее, находились среди “закупщиков” грамотные и увлеченные люди, которым я до сих пор благодарен. Если бы на моем пути в 1987 году не оказался Macintosh Plus бежевого цвета, стоявший на стримере и жестком диске в 40 Мб, моя судьба могла бы сложиться иначе.

4. Программы для Мака

Компьютер, для которого никто не пишет программы, практически бесполезен. Это очевидно. Роль VisiCalc в оглушительном успехе Apple II трудно переоценить. Для Apple II были написаны тысячи программ. Эмуляторы самых разных операционных систем открываали путь программам с других платформ.

В 1985 году сторонняя программа Aldus PageMaker оживила спрос на Маки и LaserWriter. Но вплоть до 1986 года, никто на Apple Computer даже не задумывался о том, чтобы привлечь как можно больше разработчиков к написанию программ для Маков.

В 1985 году, вскоре после ухода Джобса из компании, между Apple Computer и Microsoft было подписано историческое соглашение о комплекте офисных программ. Собственно, разработка этих программ началась еще в 1983 году. Формального технического задания не было. Вместо этого, Джобс показал Гейтсу и ведущим программистам Microsoft интерфейс Мака, и немного пофантазировал о том, какими могли бы быть программы для этого интерфейса.

С описания нескольких “сюжетов” прикладных программ начинался и первый том Inside Macintosh. Результатом общения стали MS Word, MS File, а самое главное - MS Excel. Лучшая реализация электронных таблиц того времени. "Ворд" и "Эксель" озолотили Microsoft...

В соглашении 1985 года был пункт, запрещавший Microsoft копировать интерфейсы Apple в собственных разработках, не предназначенных для использования на Маке. В течении 2 (двух) лет с момента подписания этого документа. Скалли не придал этому пункту особого значения, а между тем, эта оговорка едва не сыграла в истории Apple Computer роковую роль.

После изгнания Джобса и структурной перестройки компании, Жан Луи Гассе стал целенаправленно убирать препятствия на пути платформы Макинтош к широким кругам потребителей. Привлекательная модель Мака, которую можно было бы выпустить на рынок быстро (разработка Macintosh Plus заняла всего несколько месяцев) шла первым пунктом, прикладные программы - вторым.

Нужно было привлечь к разработке программ для Мака как можно больше сторонних разработчиков. До 1986 года минимальный набор аппаратного и программного обеспечения для разработчика стоил почти десять тысяч долларов, что делало его труднодоступным для начинающих компаний.

Macintosh Plus, жесткий диск, комплект документации (Inside Macintosh) и инструментарий разработчика были уже вполне доступны среднему американцу середины 80-х. Но Гассе на этом не остановился. Он предоставлял интересным ему разработчикам скидки на приобретение техники, предосталял ее за бесплатно, иногда даже финансировал разработки.

Результаты не замедлили сказаться. Трудное и необычное ремесло маковского программиста неожиданно стало очень востребованным. И выяснилось, что нет ничего на свете интереснее, чем написание программ для сред с графическим пользовательским интерфейсом.

Разработка программного обеспечения активизировалась и на самой Apple Computer. В 1985-86 стартовали такие проекты, как WildCard (выпущенный в 1987 под именем HyperCard), MacPaint II и MacDraw. Вне Apple была разработана первая версия FileMaker, наверное, самой удивительной СУБД в мире, впоследствии купленной Apple Computer вместе со всеми ее разработчиками.

К концу 1986 года, в каталогах программного обеспечения для Маков были уже сотни различных программ и библиотек.

Начиналась новая страница в истории Apple Computer.